Результат уже есть: где-то на бумаге или на экране стоит число, а рядом слово вроде «умеренный» или «высокий». Или наоборот — вы только выбираете, какую шкалу заполнить, и в выдаче четыре разные фамилии.
Шкал тревожности много, и они меряют не одно и то же. Число, прочитанное по чужой таблице, уводит на целую ступень; интерпретация, взятая от соседней методики, не значит ничего.
Самого теста на этой странице нет. Разберём, чем тревога отличается от тревожности, что измеряют шкалы Спилбергера-Ханина, Шихана, Цунга и перинатальная, и по каким правилам читают их результат. Обзор коротких скрининговых шкал — HADS, GAD-7, Бека — собран отдельно, в разборе тестов на тревожность.
Тревога и тревожность: почему это разные шкалы
Два слова стоят в названиях методик рядом и звучат как синонимы. Разница между ними и есть основа самой известной шкалы в этом ряду.
Тревога — состояние. То, что происходит сейчас или происходило последнюю неделю: напряжение, сердцебиение, невозможность выдохнуть. Оно поднимается перед разговором с начальником и опускается после.
Тревожность — черта. Устойчивая склонность отвечать тревогой на многое. Человек с высокой тревожностью беспокоится и в спокойный месяц — просто находит новый повод. Это не диагноз и не недостаток: это свойство, с которым можно жить хорошо, если знать его за собой.
Отсюда практический вывод для чтения любой шкалы: сначала посмотрите на инструкцию к пунктам. «Отметьте, как вы себя чувствуете сейчас» и «отметьте, как вы себя чувствуете обычно» — два разных вопроса, и таблицы расшифровки к ним тоже разные.
Шкала тревоги Спилбергера-Ханина (STAI): два числа вместо одного
Опросник Чарльза Спилбергера в русской адаптации Юрия Ханина построен ровно вокруг этого различия. Сорок пунктов, разделённых на две части по двадцать: первая спрашивает про сейчас, вторая — про обычно. Считают их отдельно, и на выходе получается два числа, а не одно.
Ориентиры для каждой части одинаковые: до 30 баллов — низкий уровень, 31–44 — умеренный, 45 и выше — высокий. Складывать половины нельзя: у суммы нет ни порогов, ни смысла.
Читать результат интереснее всего по сочетанию двух чисел.
| Ситуативная | Личностная | Как это обычно выглядит в жизни |
|---|---|---|
| Высокая | Низкая | Реакция на конкретные обстоятельства: аврал, переезд, болезнь близкого. Разбираться стоит с ситуацией |
| Низкая | Высокая | Устойчивый фон, который сейчас не обострён. Спокойный период — как раз удобное время, чтобы с ним поработать |
| Высокая | Высокая | Привычная тревожность плюс тяжёлые обстоятельства. Здесь чаще всего и обращаются за помощью |
| Низкая | Низкая | Если при этом вам плохо — стоит посмотреть на другие шкалы: возможно, дело не в тревоге |
Обратите внимание на нижнюю строку. Очень низкая тревожность у человека, которому объективно тяжело, — не обязательно хорошая новость: так иногда выглядит привычка не замечать собственное состояние. Как методику описывают для специалистов, разобрано в статье про шкалу Спилбергера-Ханина.
Шкала тревоги Шихана и шкала самооценки тревоги Цунга
Две методики, которые чаще прочих встречаются в российских кабинетах рядом со Спилбергером, и обе про состояние, а не про черту.
Шкала Шихана (SPRAS). Самая подробная из самоопросников тревоги: тридцать пять пунктов, каждый оценивается от нуля до четырёх. Охватывает не только напряжение, но и приступы, навязчивости, телесные жалобы — поэтому её берут там, где тревога маскируется под болезнь и человек ходит по врачам с обследованиями, которые ничего не находят. Пороговые значения у разных версий перевода отличаются, так что сумму здесь особенно опасно читать по случайной таблице.
Шкала Цунга (SAS). Двадцать пунктов о том, как часто вас беспокоили тревожные и телесные проявления. У неё есть особенность, из-за которой чаще всего и ошибаются: сырую сумму переводят в индекс. Ответы дают от 20 до 80 баллов, а таблицы интерпретации написаны для индекса — суммы, пересчитанной в проценты от максимума. Онлайн-версии этот шаг нередко пропускают, прикладывают к сырому баллу таблицу для индекса и получают ошибку на целую ступень.
Прежде чем спрашивать, много ли у вас баллов, стоит спросить, что именно посчитали. Половина пугающих результатов в интернете — это не тревога, а арифметика.
Тот же автор известен и шкалой депрессии, устроенной похоже, так что «шкала Цунга» без уточнения — тоже повод переспросить, какая именно.
Скрининговая шкала перинатальной тревоги
Отдельная история — тревога во время беременности и после родов. Общие шкалы здесь работают плохо: они спрашивают про сон, усталость и напряжение, а всё это есть у любой женщины с младенцем, и балл поднимается от одного факта материнства.
Перинатальные шкалы спрашивают про другое: про беспокойство о ребёнке, которое не выключается, про проверки дыхания по ночам, про страх не справиться, про невозможность расслабиться даже тогда, когда есть время и ребёнок спит. Наиболее известна PASS — Perinatal Anxiety Screening Scale, предложенная Somerville с соавторами в 2014 году; встречается и её сокращённая редакция.
Зачем нужна отдельная шкала. Тревога после родов гораздо чаще остаётся незамеченной, чем сниженное настроение: она выглядит как ответственность. Женщина, которая не спит, потому что проверяет ребёнка, воспринимается — и сама себя воспринимает — как хорошая мать, а не как человек, которому нужна помощь.
Как и всякий скрининг, эта шкала сортирует, кому нужна углублённая оценка. Диагноза она не ставит и не отличает тревогу от нормального напряжения первых месяцев — это делает специалист в разговоре.
Шкала тревоги: интерпретация — общие правила для любой методики
Независимо от фамилии автора, четыре вещи стоит держать в голове, глядя на своё число.
- Пороги настроены с запасом. Их подбирали так, чтобы скорее лишний раз насторожить, чем пропустить человека, которому плохо. Попадание в пограничную зону означает «стоит поговорить подробнее», а не «у вас расстройство».
- Балл описывает период, а не вас. Почти все шкалы состояния спрашивают про последнюю неделю или две. Разница в три-четыре балла при повторе — это шум, а не динамика.
- Версия и перевод важнее самой цифры. У одной методики бывает несколько русских версий с разным числом пунктов. Таблица от другой версии сдвигает результат на ступень.
- Интерактивная форма ничего не добавляет. Запрос «интерактивный тест тревожности» обычно приводит к обычному опроснику с анимацией. Ползунки, диаграмма и красный сектор не содержат ни грамма информации сверх той же суммы, зато пугают заметнее.
Про интерпретацию с форума. Люди часто ищут не таблицу, а чужой рассказ: сколько было у него, чем закончилось. Как поддержка это работает — узнать, что ты не один, действительно легче. Как расшифровка не работает совсем: вы читаете чужой балл вместе с чужой историей, здоровьем и бессонной неделей, и ни одно из этих обстоятельств не совпадает с вашими.
Где взять корректный бланк. Самый надёжный и при этом бесплатный вариант — попросить его там, куда вы и так идёте: у психолога на первой встрече, у невролога, у терапевта. Шкалу Спилбергера-Ханина и опросник Цунга дают заполнить прямо в кабинете, а результат сразу разбирают вместе с вами — то есть вы получаете не только число, но и его чтение. Скачанный наугад бланк такого не даёт даже при идеальном переводе.
Узнать себя в описании — это не диагноз. Признаки повышенной тревожности пересекаются с проявлениями усталости, стресса, других состояний и просто особенностей характера. Отдельный признак не значит ничего; значение имеет устойчивая картина, её длительность и то, насколько она мешает вам жить. Оценить это может только специалист на очной встрече. Если описанное отзывается — это хороший повод обратиться к психологу или врачу, а не повод ставить себе диагноз.
Аслан, двадцать девять лет, заполнил шкалу Спилбергера перед первой встречей и принёс два числа: сорок семь по ситуативной и двадцать восемь по личностной. Себя он описывал как «тревожного человека всю жизнь», и сочетание его удивило. Разбор показал обратное: обычно он довольно спокоен, а последние полгода шли на фоне суда за общение с дочерью. Работа в итоге строилась вокруг конкретной ситуации, а не вокруг характера — и это заметно сократило дорогу.
Когда идти к специалисту
Тревога — нужная реакция, и высокая тревожность сама по себе не повод для лечения. Смотреть стоит не на балл, а на то, сколько места тревога занимает в ваших решениях.
Записаться имеет смысл, если:
- тревога держится большую часть дней месяц и дольше;
- из-за неё сломался сон — не заснуть или пробуждения в тревоге;
- вы стали избегать поездок, звонков, встреч, транспорта;
- телесные симптомы есть, а обследования раз за разом ничего не находят;
- вы снимаете состояние алкоголем или успокоительными без назначения;
- вы недавно родили и беспокойство о ребёнке не отпускает даже тогда, когда всё в порядке;
- повторное заполнение через месяц снова даёт результат в верхней зоне.
К кому именно. С самой тревогой — к психологу или психотерапевту: при тревожных состояниях лучше всего изучен когнитивно-поведенческий подход. К психиатру — если тяжело, есть приступы или обсуждается медикаментозная поддержка: назначить её может только врач. И один раз к терапевту с базовыми анализами: щитовидная железа, анемия, избыток кофеина дают ровно те же ощущения. Чем эти специалисты различаются, разобрано в отдельном сравнении.
И то, что обычно говорят в конце первой встречи: шкала показывает, насколько сильно, и молчит о том, отчего. Второй вопрос интереснее первого, и ответ на него не помещается в число. Другие разборы шкал собраны в разделе про тесты и самопроверку.