Вы ищете эту шкалу не из любопытства. Её обычно ищут в один из двух моментов: когда бланк дал специалист и захотелось понять, что именно измеряли, — или когда будущее перестало выглядеть как что-то, что наступит, и хочется проверить, насколько это серьёзно.
Небольшое предупреждение. Дальше — разговор про безнадёжность и мысли о том, чтобы уйти из жизни. Если вы сейчас сами проходите через это, читать может быть тяжело. Никакой обязанности дочитывать нет: закрыть страницу и написать близкому или специалисту — нормальное решение, а не слабость. Если вы сейчас в этом состоянии, разбор шкалы — не то, что вам нужно сегодня. Нужен живой человек.
Прежде всего, до всякого разбора. Если мысли о том, что лучше было бы не жить, у вас уже появились, ждать результата теста не надо: он ничего к этому не добавит. Позвонить можно прямо сейчас — круглосуточно, бесплатно и анонимно:
- 8-800-775-17-17 — круглосуточная линия экстренной психологической помощи МЧС России, для взрослых.
- 8-800-2000-122, он же короткий 124 с мобильного, — детский телефон доверия: для подростков и для их родителей.
- 112 — если опасность есть прямо сейчас, для вас или для человека рядом.
Дальше — про саму методику: что она измеряет, откуда взялась её связь с суицидальным риском, почему теста на этой странице нет и что делать с результатом, если он у вас уже есть.
Что измеряет шкала безнадёжности Бека
Шкалу безнадёжности предложил Аарон Бек с соавторами в 1974 году; в литературе она обозначается как BHS. Двадцать утверждений, на каждое человек отвечает «согласен» или «не согласен» — без градаций частоты и силы, которые есть в других опросниках Бека.
Измеряет она вещь, которую легко спутать с настроением, но это не оно. Речь о том, каким человек видит собственное будущее.
- Чего вы от будущего ждёте. Есть ли впереди что-то, к чему хочется дойти, или там пусто.
- Верите ли вы, что может стать иначе. Убеждение «так будет всегда» — сердцевина того, что шкала называет безнадёжностью.
- Есть ли смысл что-то предпринимать. Не «нет сил», а «незачем»: усилие кажется заведомо бесполезным.
Разница с шкалой депрессии Бека принципиальная, хотя автор один и обе называют «тестом Бека». Та измеряет, насколько тяжело человеку было последние две недели. Эта — что он думает о том, что будет дальше. Человеку может быть очень плохо и при этом он ждёт, что через месяц отпустит; и наоборот, тяжесть может быть умеренной, а будущее выглядеть наглухо закрытым.
| Шкала безнадёжности (BHS) | Шкала депрессии Бека (BDI) | |
|---|---|---|
| О чём спрашивает | Ожидания от будущего и вера в то, что оно может измениться | Настроение, интерес, самооценку, вину, сон и аппетит |
| Про какое время | Про то, что будет дальше | Про последние две недели |
| Как отвечают | Согласен или не согласен, двадцать утверждений | Выбор одного из четырёх утверждений в каждом пункте |
| Зачем нужна | Часть клинической оценки суицидального риска | Оценка тяжести состояния и наблюдение за динамикой |
Безнадёжность — это не «мне плохо». Это «и не будет иначе». Второе опаснее первого, и именно поэтому его измеряют отдельно.
Почему шкалу безнадёжности связывают с суицидальным риском
Запросы «шкала Бека суицидальных» и «шкала суицида Бека» приводят сюда не случайно. В работах Бека и его коллег обнаружилось, что именно безнадёжность — убеждённость, что ничего не изменится, — связана с суицидальным риском теснее, чем выраженность подавленности сама по себе. Это и определило место методики: её используют в клинической оценке риска.
Здесь нужны две оговорки, и обе важные.
Связь найдена на больших группах. Она описывает, как в среднем ведут себя тысячи людей, и ничего не говорит о том, что произойдёт с конкретным человеком. Шкала не предсказывает будущее — ни ваше, ни чьё-либо. Она не «показывает, есть ли у вас риск».
Оценка риска — это разговор, а не подсчёт. Специалист спрашивает прямо: появлялись ли мысли уйти из жизни, есть ли план, есть ли доступ к средствам, что удерживает, что было раньше. Прямо заданный вопрос о суициде не подталкивает к нему — молчание вокруг темы опаснее. Шкала в этом разговоре бывает поводом начать, но заменить его она не может ни при каком балле.
Шкала безнадёжности Бека онлайн: почему её здесь нет
Мы не даём заполнить эту методику на сайте и не приводим её пунктов. Причин три, и первая из них — не про авторское право.
- Результат не должен доставаться человеку в одиночестве. Инструмент про суицидальный риск устроен так, что его смысл возникает только в разговоре. Число на экране, полученное ночью, без единого живого слова рядом, работает против человека, которому оно адресовано.
- Безнадёжность читает цифры по-своему. Состояние, которое шкала измеряет, само подсказывает вывод: «вот, подтвердилось, всё бессмысленно». Любой результат оно превращает в доказательство собственной правоты — и высокий, и низкий.
- Версии в сети ненадёжны. Опросники Бека распространяются по лицензии. То, что раздают бесплатно под этим названием, обычно оказывается самодельным переводом, где утверждения переставлены или потеряны, а пороги взяты неизвестно откуда.
Про пороговые значения отдельно. Диапазоны у методики есть, ими пользуются специалисты, и в руководстве они описаны. Здесь мы их не приводим — сознательно. Человеку, который ищет эту шкалу про себя, число даёт не понимание, а вердикт, а вердиктов шкалы не выносят. Разбирать результат имеет смысл там, где рядом есть тот, кто задаст следующий вопрос.
Про ответы и ключ. Правильных ответов у методики нет и быть не может: каждое утверждение — про вас самих. Ключом в психодиагностике называют таблицу перевода ответов в баллы вместе с нормами — она лежит в руководстве для специалистов, и подгонять в ней нечего.
Узнать себя в описании — это не диагноз. Признаки безнадёжности пересекаются с проявлениями усталости, стресса, других состояний и просто особенностей характера. Отдельный признак не значит ничего; значение имеет устойчивая картина, её длительность и то, насколько она мешает вам жить. Оценить это может только специалист на очной встрече. Если описанное отзывается — это хороший повод обратиться к психологу или врачу, а не повод ставить себе диагноз.
С какого возраста применяют шкалу безнадёжности
Вопрос про возраст приходит обычно от родителей, и за ним стоит конкретная тревога за подростка. Формально методику применяли и у подростков, ориентировочно с тринадцати лет, и у взрослых.
Но возраст здесь второстепенен. Значение имеет другое: кто окажется рядом, когда подросток отметит последний пункт. Заполнение имеет смысл только там, где ответы сразу разберут, — то есть у специалиста.
Что делать вместо домашнего тестирования. Спросить прямо. «Мне кажется, тебе очень тяжело последнее время. Бывают мысли, что не хочется жить?» — вопрос, заданный спокойно и без ужаса в голосе, не вкладывает мысль в голову. Он показывает, что об этом можно говорить вслух. И дальше — запись к подростковому психологу или к психиатру, а не поиск бланка.
Подростку можно дать номер, по которому он позвонит сам, без вас: 8-800-2000-122 или короткий 124 работает круглосуточно и анонимно. О том, как состояние выглядит в этом возрасте, — в разборе про депрессию у подростка.
Что делать, если результат у вас уже есть
Бланк мог достаться вам двумя путями: его заполнили на приёме или вы нашли его сами. В обоих случаях полезное действие ровно одно.
Показать результат специалисту — сегодня, а не потом. Не «когда освободится время», не «после отпуска», не «когда пойму, стоит ли». Психиатр принимает без направления, к психологу можно записаться на ближайший свободный час, а линия помощи отвечает круглосуточно и прямо сейчас. Если результат вас напугал, это и есть повод сделать звонок первым делом, а не последним.
Всё остальное, что обычно советуют делать с высоким баллом, — план, режим, упражнения, разговоры с близкими — имеет смысл только после этого шага и вместе с человеком, который вас ведёт. Расписывать это здесь было бы вредно: безнадёжность отлично умеет превращать любой список рекомендаций в ещё одно доказательство, что ничего не поможет.
Трофим, тридцать шесть лет, нашёл шкалу в сети после полугода, в котором сошлось всё сразу: развод, потеря работы, переезд в другой город. Результат оказался высоким, и первое, что он подумал, — «значит, я правильно всё понимаю». К психологу записался после того, как об этом узнала сестра и приехала. На третьей встрече он сказал фразу, которую стоит запомнить: удивительно, насколько «навсегда» оказалось словом про сегодняшний вечер.
Когда идти к специалисту
Безнадёжность обманчива тем, что не ощущается как состояние. Она ощущается как трезвый взгляд на вещи: наконец-то без иллюзий. Именно поэтому её редко называют причиной обращения — человеку кажется, что обращаться не с чем.
Записаться стоит, если:
- мысль «ничего не изменится» держится неделями;
- вы перестали строить планы дальше ближайшей недели, потому что не видите смысла;
- происходящее хорошее вас больше не переубеждает — вы объясняете его случайностью;
- вы стали раздавать вещи, приводить дела в порядок, прощаться — даже если объясняете это себе иначе;
- появились мысли, что близким было бы легче без вас;
- мысли о том, чтобы уйти из жизни, стали навязчивыми или появился план, — здесь ждать записи не нужно, звоните по номерам выше.
К кому именно. К психиатру — он принимает без направления, и это не постановка на учёт; именно он оценивает тяжесть состояния и решает вопрос о лечении. К психологу или психотерапевту — с самим состоянием и с тем, что к нему привело. Чем эти специалисты различаются, разобрано в отдельном сравнении. Обращаться можно к обоим сразу, порядок неважен.
И последнее, ради чего написана вся страница. Безнадёжность говорит уверенным голосом и звучит как истина, а не как симптом. Но она измерима, а значит — изменчива: то, что измеряется, умеет меняться. У людей, дошедших до помощи, эта цифра снижается — и вместе с ней возвращается способность думать дальше, чем на сегодняшний вечер.